ВС отменил решение о признании кредитного договора недействительным из-за нарушений в применении норм о сделках

АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР ОПРЕДЕЛЕНИЯ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер дела и определение: Дело № 18-КГ26-59-К4, Определение СКГД ВС РФ от 25 августа 2026 г.

Состав СКГД: Председательствующий Петрушкина В.А., судьи Асташова С.В. (судья-докладчик) и Назаренко Т.Н.

Стороны: - Истец: Заместитель прокурора Краснодарского края — прокурор города Сочи (орган публичной власти, действующий в защиту прав гражданина) - Ответчик: Акционерное общество «Альфа-Банк» (кредитная организация) - Потерпевший по уголовному делу: Камкия Беслан Астамурович (гражданин, потребитель кредитных услуг)

Категория спора: Договорный спор (потребительский кредит); защита прав потребителя; недействительность сделки; возмещение морального вреда; взыскание штрафа.

---

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований истца: Заместитель прокурора Краснодарского края — прокурор города Сочи в интересах Камкии Б.А. обратился в суд с требованиями о: - признании кредитного договора от 24 января 2024 г. недействительным; - признании денежных средств неполученными; - признании отказа Банка в расторжении кредитного договора незаконным; - признании Камкии Б.А. ненадлежащей стороной при применении последствий недействительности сделки; - возложении на Банк обязанности направить информацию в бюро кредитных историй об исключении сведений о Камкии Б.А.; - взыскании компенсации морального вреда и штрафа.

Фактические обстоятельства: 24 января 2024 г. между АО «Альфа-Банк» и Камкией Б.А. заключен договор потребительского кредита на выдачу наличных денежных средств. В тот же день возбуждено уголовное дело по признакам мошенничества (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Из показаний Камкии Б.А. (признан потерпевшим по уголовному делу) следует: 19 января 2024 г. ему позвонили лица, представившиеся сотрудниками Минобрнауки России и Банка России, которые убедили его в необходимости получить кредит и перевести средства на «безопасный счет» для сохранения. Звонившие инструктировали его, как указать цель кредита и отвечать на вопросы сотрудников Банка. Получив наличные в отделении Банка, Камкия Б.А. перевел их на счета других лиц через банковский терминал. Впоследствии Камкия Б.А. совершал действия по возврату кредита, включая его досрочное погашение. Камкия Б.А. имеет высшее юридическое образование.

Решение первой инстанции (Адлерский районный суд г. Сочи, 1 июля 2024 г.): Иск удовлетворен полностью. Суд признал кредитный договор недействительным в связи с незаключенностью (отсутствовала воля Камкии Б.А. на его заключение). Суд указал, что заключение договора являлось способом хищения денежных средств Банка третьими лицами, при этом Камкия Б.А. выступал лицом, посредством действий которого денежные средства были похищены. Имущественный вред причинен Банку преступлением, а не ненадлежащим исполнением обязательств. Суд признал Камкию Б.А. ненадлежащей стороной при применении последствий недействительности сделки, возложил на Банк обязанность направить информацию в бюро кредитных историй об исключении сведений, признал незаконным отказ Банка добровольно расторгнуть договор, взыскал компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб. и штраф в размере 125 000 руб.

Апелляционное определение (Краснодарский краевой суд, 16 января 2025 г.): Решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Определение кассационного суда (Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, 10 июня 2025 г.): Решение суда первой инстанции и апелляционное определение оставлены без изменения.

Процедура в ВС РФ: АО «Альфа-Банк» подало кассационную жалобу. Определением судьи ВС РФ от 2 декабря 2025 г. в передаче жалобы было отказано. Определением заместителя Председателя ВС РФ Глазова Ю.В. от 3 июля 2026 г. это определение отменено, жалоба передана для рассмотрения в судебном заседании СКГД. От Камкии Б.А. поступили письменные возражения на кассационную жалобу.

---

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта: Спор возник между интересом потребителя (жертвы мошенничества третьих лиц), защищаемым прокурором, и интересом кредитной организации в надлежащем правовом квалифицировании оснований недействительности договора. Конфликт заключается в определении: - правильного основания признания договора недействительным (незаключенность vs. недействительность по ст. 178, 179 ГК РФ vs. недействительность по ст. 177 ГК РФ); - применимости положений ст. 178 и 179 ГК РФ об обмане и заблуждении с учетом того, что обман исходил от третьих лиц, а не от Банка; - возможности применения реституции и признания Камкии Б.А. ненадлежащей стороной; - оснований для взыскания морального вреда и штрафа.

Категория проблемы: Материально-правовая (квалификация оснований недействительности сделки, применение последствий недействительности, ответственность за обман третьих лиц).

Почему дело передано на коллегию: Дело содержит существенные нарушения норм материального права, допущенные всеми тремя инстанциями, которые повлияли на исход дела и требуют единообразного толкования положений ГК РФ о недействительности сделок.

---

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Какое основание недействительности договора потребительского кредита надлежит применить в случае, когда гражданин заключил договор вследствие обмана со стороны третьих лиц (мошенников), а не со стороны кредитной организации?

2. Может ли быть применена норма ст. 432 ГК РФ о незаключенности договора, если договор заключен в письменной форме, содержит все существенные условия и одна из сторон (Банк) исполнила договор, выдав денежные средства?

3. Применимы ли положения ст. 178 и 179 ГК РФ об обмане и заблуждении, когда обман исходит от третьих лиц, и какие условия необходимы для переложения негативных последствий обмана на контрагента?

4. Может ли суд признать гражданина ненадлежащей стороной при применении последствий недействительности сделки и отказать в применении реституции без указания конкретных оснований, противоречащих основам нравственности и морали?

5. Каковы основания для взыскания компенсации морального вреда и штрафа в отношении кредитной организации в данных обстоятельствах?

---

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ признала кассационную жалобу подлежащей удовлетворению и отменила все судебные постановления нижестоящих судов. ВС РФ установил, что суды допустили существенные нарушения норм материального права, заключающиеся в неправильной квалификации оснований недействительности договора, неприменении положений ст. 178 и 179 ГК РФ с учетом их специальных условий, необоснованном признании Камкии Б.А. ненадлежащей стороной и необоснованном взыскании морального вреда и штрафа. Суды не дали определенной квалификации правоотношениям сторон и не провели надлежащего анализа применимых норм материального права.

B. Развёрнутое обоснование

1. Требование законности и обоснованности судебного решения

В соответствии с ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. Согласно пп. 2 и 3 Постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», решение является законным, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к данному правоотношению. Решение является обоснованным, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости (ст. 55, 59–61, 67 ГПК РФ), а также когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов. В соответствии с ч. 4 ст. 198 ГПК РФ в мотивировочной части решения должны быть указаны выводы суда, вытекающие из установленных обстоятельств, доказательства, на которых основаны выводы, доводы в пользу принятого решения, мотивы отклонения доказательств, а также законы и нормативные акты, которыми руководствовался суд.

2. Нарушение требований к определенной квалификации оснований недействительности договора

Суд первой инстанции в мотивировочной части решения перечислил ст. 166, 167, 168, 178, 179, 422, 432 и 425 ГК РФ, привел содержание этих статей, но одновременно ссылался и на незаключенность, и на недействительность договора, не дав какой-либо определенной квалификации правоотношениям сторон и не указав, по какому именно основанию он признает договор недействительным, а по каким признакам — незаключенным. Это нарушает требование обоснованности решения.

3. Анализ незаключенности договора (ст. 432 ГК РФ)

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, названные в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Согласно ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Ссылаясь на положения ст. 432 ГК РФ и на незаключенность договора, суд первой инстанции не указал, каких существенных условий не содержит заключенный Камкией Б.А. и Банком в письменной форме договор кредита. При этом судом не учтены положения п. 3 ст. 432 ГК РФ, согласно которым сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности. Банк исполнил договор, выдав денежные средства, что подтверждает действие договора.

4. Анализ недействительности по ст. 168 ГК РФ

Ссылаясь на положения ст. 168 ГК РФ о недействительности сделки, нарушающей требования закона или иного нормативного акта, суд не указал, какому именно закону или иному нормативному акту и в чем именно противоречит оспариваемый договор кредита, а также не дал квалификацию этому договору как оспоримой или ничтожной сделки в зависимости от обстоятельств, указанных в пп. 1 и 2 данной статьи.

5. Анализ недействительности по ст. 178 и 179 ГК РФ (заблуждение и обман)

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Ссылаясь одновременно на положения ст. 178 и 179 ГК РФ, суд первой инстанции не дал никакой определенной квалификации заключению Камкией Б.А. сделки с Банком — как под влиянием существенного заблуждения либо как под влиянием обмана.

При этом судом не учтены положения п. 5 ст. 178 ГК РФ о том, что суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Кроме того, судом не учтены положения абзаца третьего п. 2 ст. 179 ГК РФ, согласно которым сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Ключевой вывод ВС РФ: Негативные последствия обмана со стороны третьих лиц могут быть переложены с обманутого лица на его контрагента лишь в том случае, если контрагент знал или в силу определенных обстоятельств должен был знать об этом обмане.

Из пояснений Камкии Б.А., в том числе данных в судебном заседании СКГД 4 августа 2026 г., усматривается, что кредитный договор он заключил вследствие обмана со стороны третьих лиц, позвонивших ему по телефону и убедивших в необходимости заключить кредитный договор. При этом звонившие инструктировали его, как указать цель получения кредита, как отвечать на вопросы сотрудников Банка, чтобы не вызвать у них подозрения. Получив в отделении Банка наличные денежные средства, Камкия Б.А. покинул отделение Банка и перевел их на счета других лиц через банковский терминал, расположенный в другом месте. Впоследствии Камкия Б.А. совершал действия по возврату кредита, в том числе по его досрочному погашению.

Данным обстоятельствам судом первой инстанции оценки применительно к положениям ст. 178 и 179 ГК РФ не дано, равно как не дано оценки существенности заблуждения либо способности распознать обман при указанных выше обстоятельствах и с учетом личности потерпевшего, который, как следует из установленных судом обстоятельств и материалов дела, имеет высшее юридическое образование.

6. Анализ недействительности по ст. 177 ГК РФ (недееспособность)

Указывая на недействительность сделки, совершенной гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, суд не учел, что такое основание недействительности сделки предусмотрено ст. 177 ГК РФ, на которую суд не ссылался. При этом суд не привел обстоятельств, на основании которых он сделал вывод об отсутствии у Камкии Б.А. в момент совершения сделки способности понимать значение своих действий и руководить ими.

7. Применение последствий недействительности сделки (ст. 167 ГК РФ)

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2). Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (п. 2 данной статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности (п. 4).

8. Сделки, противные основам правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК РФ)

В п. 85 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применительно к ст. 169 ГК РФ разъяснено, что сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна. В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

9. Необоснованность признания Камкии Б.А. ненадлежащей стороной

Удовлетворяя исковые требования прокурора о признании Камкии Б.А. ненадлежащей стороной при применении последствий недействительности сделки, суд не указал, каким образом применение реституции, выражающееся в возврате истцом полученных в Банке денежных средств, будет противоречить основам нравственности и морали (способствовать достижению антисоциальной цели). Суд не дал конкретного обоснования этого вывода.

10. Вывод о нарушениях нижестоящих судов

С учетом изложенного решение суда первой инстанции нельзя признать соответствующим требованиям законности и обоснованности. Суды апелляционной и кассационной инстанций данные нарушения не устранили и решение суда, не отвечающее требованиям закона, оставили в силе.

---

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Существенные нарушения норм материального права:

1. Нарушение требования определенной квалификации оснований недействительности договора. Суд первой инстанции одновременно ссылался на незаключенность договора (ст. 432 ГК РФ) и на его недействительность (ст. 168, 178, 179 ГК РФ), не указав, по какому именно основанию договор признается недействительным. Это нарушает требование обоснованности решения, установленное ст. 195 ГПК РФ и Постановлением Пленума ВС РФ № 23.

2. Неправильное применение ст. 432 ГК РФ о незаключенности договора. Договор заключен в письменной форме, содержит все существенные условия, и Банк исполнил договор, выдав денежные средства. Согласно п. 3 ст. 432 ГК РФ, Банк не вправе требовать признания договора незаключенным, так как это противоречит принципу добросовестности. Суд не учел эту норму.

3. Неправильное применение ст. 178 и 179 ГК РФ без учета специальных условий. Суд не провел анализ существенности заблуждения (п. 5 ст. 178 ГК РФ) и не учел, что обман исходил от третьих лиц, а не от Банка. Согласно абзацу третьему п. 2 ст. 179 ГК РФ, негативные последствия обмана третьих лиц могут быть переложены на контрагента только если контрагент знал или должен был знать об обмане. Суд не установил и не оценил эти обстоятельства.

4. Неправильное применение ст. 177 ГК РФ. Суд указал на недействительность сделки, совершенной лицом, не способным понимать значение своих действий, но не ссылался на ст. 177 ГК РФ и не привел обстоятельств, подтверждающих такое состояние Камкии Б.А. Более того, из материалов дела следует, что Камкия Б.А. имеет высшее юридическое образование и впоследствии совершал действия по возврату кредита, включая его досрочное погашение, что свидетельствует о его дееспособности.

5. Необоснованное признание Камкии Б.А. ненадлежащей стороной при применении последствий недействительности сделки. Суд не указал конкретно, каким образом применение реституции (возврат денежных средств) будет противоречить основам нравственности и морали. Суд не дал оценки в соответствии с п. 4 ст. 167 ГК РФ и п. 85 Постановления Пленума ВС РФ № 25.

6. Необоснованное взыскание морального вреда и штрафа. Суд не привел оснований для взыскания компенсации морального вреда и штрафа в отношении Банка, который не совершал обман и не нарушал прав потребителя. Обман исходил от третьих лиц, а Банк выполнил свои обязательства по договору.

Существенность нарушений в смысле ст. 390.14 ГПК РФ: Указанные нарушения повлияли на исход дела, так как привели к неправильному признанию договора недействительным, необоснованному взысканию денежных средств и морального вреда в пользу истца, что противоречит требованиям материального права.

---

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Определением СКГД ВС РФ:

1. Отменено решение Адлерского районного суда г. Сочи Краснодарского края от 1 июля 2024 г.
2. Отменено апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 16 января 2025 г.
3. Отменено определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 10 июня 2025 г.
4. Дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции (Адлерский районный суд г. Сочи).

---

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на практику нижестоящих судов

Определение устанавливает строгие требования к судам при рассмотрении дел о признании договоров недействительными: - Суд обязан дать определенную квалификацию оснований недействительности договора, не допуская одновременного применения нескольких оснований без четкого разграничения. - При ссылке на незаключенность договора (ст. 432 ГК РФ) суд должен указать, каких существенных условий не содержит договор, и учитывать, что сторона, исполнившая договор, не вправе требовать его признания незаключенным (п. 3 ст. 432 ГК РФ). - При применении ст. 178 и 179 ГК РФ суд должен провести анализ существенности заблуждения и условий, при которых обман третьих лиц может быть переложен на контрагента.

2. Защита какой стороны усиливается

Определение усиливает защиту кредитных организаций от необоснованных исков о признании договоров недействительными в случаях, когда обман исходит от третьих лиц (мошенников), а не от самой организации. Одновременно определение защищает потребителей от необоснованного взыскания в их пользу морального вреда и штрафов, когда кредитная организация не совершала противоправных действий.

3. Связь с ранее сформированными позициями ВС/КС РФ и обзорами практики

Определение опирается на: - Постановление Пленума ВС РФ от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» (требования к законности и обоснованности решения); - Постановление Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (применение ст. 169 ГК РФ о сделках, противных основам правопорядка и нравственности).

Определение развивает доктрину о том, что негативные последствия обмана третьих лиц не могут быть автоматически переложены на контрагента без установления его знания об обмане или возможности такого знания.

4. Стандарт доказывания и распределение бремени

Определение устанавливает, что при применении ст. 179 ГК РФ (обман третьих лиц) истец обязан доказать, что контрагент знал или должен был знать об обмане. Это перераспределяет бремя доказывания в пользу кредитной организации, которая не обязана доказывать отсутствие знания об обмане, а истец должен доказать наличие такого знания или возможности его иметь.

Кроме того, при применении ст. 178 ГК РФ (заблуждение) суд должен оценить, могло ли лицо, действующее с обычной осмотрительностью, распознать заблуждение с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (в данном случае — высшее юридическое образование Камкии Б.А.).

5. Сферы применения позиции по аналогии

Позиция ВС РФ применима к: - Спорам о признании договоров потребительского кредита недействительными, когда потребитель был обманут третьими лицами (мошенниками). - Спорам о признании договоров недействительными в случаях, когда обман исходит от третьих лиц, а не от контрагента. - Спорам о взыскании морального вреда и штрафов в отношении кредитных организаций, когда организация не совершала противоправных действий. - Общим спорам о недействительности сделок, где требуется определенная квалификация оснований недействительности и применение специальных условий, предусмотренных ст. 178, 179 ГК РФ.

Значение для защиты прав потребителей:

Несмотря на отмену решения в пользу потребителя, определение не исключает возможность защиты его прав. Оно требует, чтобы суд при новом рассмотрении дела надлежащим образом квалифицировал основания недействительности договора и провел анализ всех обстоятельств в соответствии с требованиями ст. 178, 179 ГК РФ. Если суд установит, что Банк знал или должен был знать об обмане, договор может быть признан недействительным с применением всех предусмотренных законом последствий.