Гражданин Д.А. Пестряков обратился в Конституционный Суд с жалобой на статью 15, пункт 1 статьи 1064 и пункт 1 статьи 1068 ГК РФ (определение № 2321-О от 22 июля 2026 года). В отношении заявителя вынесен обвинительный приговор по части первой статьи 201 УК РФ (злоупотребление полномочиями). Материнская компания холдинга предъявила к нему иск о возмещении ущерба. Заявитель возражал, что в момент причинения вреда он был работником хозяйственного общества, входящего в холдинг, поэтому обязанность по возмещению вреда должна лежать на работодателе. Суды этот довод отклонили. Заявитель считал, что нормы не содержат чётких условий отступления от правила статьи 1068 ГК РФ и позволяют произвольно возлагать ответственность на работника, тем самым нарушая статьи 19, 35, 46 и 55 (часть 3) Конституции.
Конституционный Суд отказал в принятии жалобы к рассмотрению. Он напомнил, что обязанность возместить вред наступает при наличии состава гражданского правонарушения: вред, противоправность поведения, причинная связь и вина причинителя. По смыслу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причинённый преступлением, возмещается в полном объёме виновным лицом. Если же закон возлагает обязанность возместить вред на другое лицо, оно привлекается к участию в деле в этом качестве. Это следует и из разъяснений Пленума Верховного Суда (постановление от 13 октября 2020 года № 23).
Специальное регулирование пункта 1 статьи 1068 ГК РФ стимулирует работодателя принимать меры против причинения вреда работниками и служит дополнительной гарантией защиты прав потерпевшего. Оно учитывает необходимость баланса прав работодателя, работника и потерпевшего. В каждом деле нужно устанавливать характер отношений между работодателем и работником и сопряжённость причинения вреда с исполнением трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Работодатель, возместивший вред, причинённый преступлением работника, вправе взыскать выплаченное с работника в порядке регресса (пункт 1 статьи 1081 ГК РФ) с учётом положений о полной материальной ответственности (пункт 5 части первой статьи 243 Трудового кодекса).
С учётом этого Суд заключил, что оспариваемые нормы неопределённости не содержат. Они допускают привлечение работодателя к гражданско-правовой ответственности по уголовному делу и не освобождают его от ответственности только потому, что поведение работника преступно. Суд также отметил, что в деле заявителя иск предъявила материнская компания холдинга, то есть не работодатель, а третье лицо. Это выходит за рамки регулирования пункта 1 статьи 1068 ГК РФ. Предписаний законодателю Суд не давал, определение окончательно и обжалованию не подлежит.
Аналитическая карточка
I. РЕКВИЗИТЫ АКТА
Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 2321-О от 22 июля 2026 года об отказе в принятии к рассмотрению жалобы.
Заявитель: гражданин Пестряков Денис Анатольевич.
Повод и основание к рассмотрению: конституционная жалоба гражданина на нарушение его конституционных прав оспариваемыми нормами Гражданского кодекса Российской Федерации.
Оспариваемые нормы: - статья 15 ГК РФ «Возмещение убытков»; - пункт 1 статьи 1064 ГК РФ «Общие основания ответственности за причинение вреда»; - пункт 1 статьи 1068 ГК РФ «Ответственность юридического лица или гражданина за вред, причиненный его работником».
II. ФАБУЛА И ПОВОД ОБРАЩЕНИЯ
Гражданин Д.А. Пестряков был осужден приговором суда по части первой статьи 201 УК РФ (Злоупотребление полномочиями). К нему был предъявлен иск материнской компании холдинга о возмещении ущерба, причиненного совершенным им преступлением. Заявитель возражал против привлечения его к гражданско-правовой ответственности, ссылаясь на то, что в момент причинения вреда он являлся работником хозяйственного общества, входящего в структуру холдинга, и, следовательно, обязанность по возмещению ущерба должна была возложена на работодателя.
Суды общей юрисдикции и вышестоящие инстанции отклонили довод заявителя, указав, что противоправное действие совершено вопреки воле работодателя, и в отсутствие признаков противоправного поведения самого работодателя ответственность не может быть на него возложена. Суды подчеркнули, что преступные действия работника не входят в круг его трудовых или служебных обязанностей и не связаны с производственной необходимостью.
Конституционные права, которые заявитель считает нарушенными: статьи 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 и 3), 46 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
III. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА
Заявитель усматривает конституционно-правовой конфликт в том, что оспариваемые положения ГК РФ, по его мнению, не содержат четких и ясных условий для отступления от установленного пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ регулирования и позволяют судам произвольно привлекать работника к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный преступлением, совершенным в период исполнения трудовых обязанностей, исключая возможность привлечения работодателя.
Суть конфликта: противоречие между принципом равенства перед законом и судом (ст. 19 Конституции), правом собственности (ст. 35), правом на судебную защиту (ст. 46) и требованием правовой определённости нормативного регулирования (ст. 55 ч. 3 Конституции), с одной стороны, и применением норм о деликтной ответственности работника за преступные действия — с другой.
IV. ВОПРОС, РАЗРЕШАЕМЫЙ КС РФ
Соответствуют ли статья 15, пункт 1 статьи 1064 и пункт 1 статьи 1068 ГК РФ Конституции Российской Федерации в аспекте установления оснований и условий привлечения работника к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный преступлением, совершенным в период исполнения трудовых (служебных, должностных) обязанностей, и возможности исключения ответственности работодателя в таких случаях?
V. ПОЗИЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА
A. Итоговый вывод
Конституционный Суд отказал в принятии жалобы к рассмотрению, не найдя оснований для её допустимости. Суд пришел к выводу, что оспариваемые положения ГК РФ не содержат неопределённости и не нарушают конституционные права заявителя в обозначенном в жалобе аспекте. Нормы предусматривают возможность привлечения работодателя в качестве гражданского ответчика в уголовном деле при наличии соответствующих оснований, и не освобождают работодателя от гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный работником в период исполнения трудовых обязанностей, по мотиву преступности поведения работника.
B. Развёрнутое обоснование
1. Состав гражданского правонарушения и основания гражданско-правовой ответственности
Конституционный Суд напомнил, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется при наличии состава гражданского правонарушения, включающего: - наступление вреда; - противоправность поведения причинителя вреда; - причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда; - вину причинителя вреда.
Суд ссылается на свои постановления от 15 июля 2009 года № 13-П, от 8 декабря 2017 года № 39-П, от 21 мая 2021 года № 20-П и др., устанавливая преемственность правовой позиции.
2. Смысл пункта 1 статьи 1064 ГК РФ и привлечение гражданского ответчика
По смыслу положений пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении. По общему правилу в качестве гражданского ответчика привлекается обвиняемый, однако если обязанность возместить вред возлагается законом на лицо, не являющееся причинителем вреда, то оно привлекается в указанном качестве.
Суд ссылается на абзацы второй и третий пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», которые прямо предусматривают возможность привлечения юридического лица в качестве гражданского ответчика при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, связанных с причинением вреда работником организации при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
3. Конституционный смысл пункта 1 статьи 1068 ГК РФ: баланс интересов и стимулирование
Специальное регулирование, основанное на пункте 1 статьи 1068 ГК РФ, преследует две цели:
-
Стимулировать работодателя к принятию мер, направленных на снижение вероятности причинения вреда его работником;
-
Вводить дополнительную гарантию защиты нарушенных прав потерпевшей стороны в деликтных обязательствах с учетом требований обеспечения баланса прав работодателя, его работника и потерпевшего.
Суд ссылается на определения КС РФ от 28 марта 2017 года № 613-О, от 29 мая 2019 года № 1394-О, от 26 сентября 2024 года № 2448-О и др., демонстрируя устоявшуюся позицию по данному вопросу.
4. Необходимость установления конкретных фактических обстоятельств
Конституционный Суд подчеркнул, что применение норм о ответственности работодателя предполагает необходимость устанавливать в каждом конкретном случае: - факт и характер отношений между юридическим лицом (индивидуальным предпринимателем) и работником — причинителем вреда; - сопряженность обстоятельств причинения вреда с выполнением трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Суд ссылается на Постановление КС РФ от 24 февраля 2026 года № 8-П, указывая на необходимость конкретного анализа каждого случая.
5. Механизм регресса и полная материальная ответственность работника
Суд отметил, что в случае возмещения работодателем третьему лицу ущерба, причиненного совершенным работником преступлением, работодатель может взыскать с работника (бывшего работника) соответствующие денежные средства в порядке регресса (пункт 1 статьи 1081 ГК РФ) с учетом положений о полной материальной ответственности работника (пункт 5 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации).
Таким образом, Суд указал на существование механизма защиты интересов работодателя, который может переложить понесенные убытки на работника.
6. Отсутствие неопределённости в оспариваемых нормах
Конституционный Суд пришел к выводу, что оспариваемые положения ГК РФ с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда РФ: - не содержат неопределённости; - прямо предусматривают возможность признания работодателя гражданским ответчиком в уголовном деле; - не предполагают освобождения работодателя от гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный его работником в период исполнения трудовых (служебных, должностных) обязанностей, по мотиву преступности поведения работника, а не работодателя.
7. Применение к конкретному делу заявителя
Суд специально отметил, что в конкретном деле заявителя иск о возмещении ущерба был предъявлен материнской компанией холдинга, в который входит хозяйственное общество — работодатель. Это обстоятельство указывает на то, что в данном случае речь идет о привлечении не самого работодателя, а третьего лица (материнской компании), что выходит за рамки регулирования пункта 1 статьи 1068 ГК РФ.
VI. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ
Резолюция:
-
Отказано в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Пестрякова Дениса Анатольевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
-
Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Правовые последствия:
- Жалоба не принята к рассмотрению по основаниям допустимости, установленным ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (пункт 2 части первой статьи 43, часть первая статьи 79, статьи 96 и 97 ФКЗ).
- Конкретное дело заявителя остается в силе; пересмотр правоприменительных решений не предусмотрен.
- Определение окончательно и не подлежит обжалованию.
VII. ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПОЗИЦИИ
1. Влияние на правоприменение
Определение подтверждает и уточняет правоприменительный подход судов к привлечению работников и работодателей к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный преступлением. Суды получают подтверждение того, что:
- Нормы ГК РФ о деликтной ответственности не содержат неопределённости и не требуют изменения;
- Работодатель может быть привлечен в качестве гражданского ответчика в уголовном деле при наличии оснований (исполнение работником трудовых обязанностей);
- Преступный характер действий работника не освобождает работодателя от ответственности, если вред причинен в период исполнения трудовых обязанностей;
- Необходимо конкретное установление связи между причинением вреда и выполнением трудовых (служебных, должностных) обязанностей в каждом случае.
2. Связь с ранее выраженными позициями КС РФ
Определение демонстрирует преемственность и развитие правовой позиции КС РФ:
- Ссылается на постановления от 15 июля 2009 года № 13-П, от 8 декабря 2017 года № 39-П, от 21 мая 2021 года № 20-П (состав гражданского правонарушения);
- Опирается на определения от 28 марта 2017 года № 613-О, от 29 мая 2019 года № 1394-О, от 26 сентября 2024 года № 2448-О (баланс интересов в деликтных обязательствах);
- Ссылается на Постановление от 24 февраля 2026 года № 8-П (необходимость установления конкретных фактических обстоятельств).
Таким образом, позиция Суда является логическим продолжением его ранее выраженных взглядов на баланс интересов в деликтных обязательствах.
3. Гарантии конституционных прав
Определение усиливает гарантии защиты прав потерпевших в деликтных обязательствах, подтверждая, что:
- Потерпевший имеет право на возмещение вреда как от работника, так и от работодателя (при наличии оснований);
- Работодатель несет ответственность за вред, причиненный работником в период исполнения трудовых обязанностей, независимо от преступного характера действий работника;
- Механизм регресса обеспечивает справедливое распределение убытков между работодателем и работником.
4. Отсутствие предписаний законодателю
Конституционный Суд не дал предписаний федеральному законодателю об изменении регулирования. Суд пришел к выводу, что действующие нормы ГК РФ в сочетании с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года № 23 обеспечивают надлежащее регулирование вопроса и не содержат неопределённости.
5. Сферы применения позиции
Правовая позиция применима к следующим сферам:
-
Уголовное судопроизводство: при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, связанных с причинением вреда работником организации, суды должны рассматривать возможность привлечения работодателя в качестве гражданского ответчика;
-
Гражданское судопроизводство: при рассмотрении исков о возмещении вреда, причиненного работником, суды должны устанавливать конкретные обстоятельства, свидетельствующие о связи причинения вреда с выполнением трудовых обязанностей;
-
Трудовое право: при применении норм о полной материальной ответственности работника суды должны учитывать возможность регресса работодателя против работника;
-
Корпоративное право: при определении ответственности юридических лиц (в том числе материнских компаний) за действия своих работников суды должны различать ответственность самого работодателя и ответственность третьих лиц, входящих в одну корпоративную структуру.
Заключение: Определение КС РФ № 2321-О от 22 июля 2026 года отказывает в принятии жалобы к рассмотрению, подтверждая конституционность норм ГК РФ о деликтной ответственности работника и работодателя. Суд указывает на отсутствие неопределённости в оспариваемых нормах и на наличие механизмов защиты интересов всех сторон деликтного обязательства (работника, работодателя и потерпевшего). Позиция Суда отражает принцип баланса конституционно защищаемых интересов и требование конкретного установления фактических обстоятельств в каждом деле.