ВС уточнил критерии мнимости сделки: формальное исполнение и регистрация не препятствуют признанию её ничтожной

АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР ОПРЕДЕЛЕНИЯ СКГД ВС РФ № 49-КГ26-14-К6 ОТ 21 СЕНТЯБРЯ 2026 Г.

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер определения: № 49-КГ26-14-К6

Дата рассмотрения: 21 сентября 2026 г.

Состав СКГД: - Председательствующая: Вавилычева Т.Ю. - Судьи: Попова Г.Г. (судья-докладчик), Фролкина С.В.

Стороны: - Истец: Дубанов Владимир Петрович (гражданин, инвалид I группы по зрению с 14 марта 2011 г., наследник) - Ответчик: Алфеева Людмила Николаевна (гражданин, сводная сестра истца, покупатель по оспариваемому договору) - Третье лицо: Латыпова Л.А. (бывшая супруга истца, представитель продавцов по доверенности)

Категория спора: договорный (купля-продажа недвижимого имущества); наследственный (восстановление прав на наследственное имущество); материально-правовой конфликт о недействительности сделки

---

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо требований истца:

Дубанов В.П. просил признать недействительной договор купли-продажи квартиры от 15 апреля 2016 г. в части продажи его отцом Дубановым П.И. 1/3 доли в праве общей долевой собственности и применить последствия недействительности сделки. Истец ссылался на статьи 167, 168, 170 ГК РФ, утверждая, что сделка является мнимой, совершённой без намерения создать правовые последствия. Обоснование: при жизни отца никто не требовал выселения; отец утверждал, что квартира перейдёт сыну; семья продолжала проживать в квартире; отец оплачивал коммунальные платежи и производил ремонт.

Возражения ответчика:

Представитель Алфеевой Л.Н. не признал иск, ссылаясь на пропуск срока исковой давности. Возражал против мнимости сделки, указывая на наличие оформленных документов, регистрацию перехода права собственности и исполнение сделки.

Решение суда первой инстанции (18 февраля 2025 г.):

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан отказал в удовлетворении исковых требований. Суд установил мнимый характер сделки (применив ст. 166, 170, 218 ГК РФ), однако отклонил требования по основанию пропуска срока исковой давности, исчислив его с 15 апреля 2016 г. (момента заключения договора). Суд сослался на пункты 6 и 15 Постановления Пленума ВС РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», отметив отсутствие уважительных причин пропуска и ходатайства о восстановлении срока.

Апелляционное определение (3 июня 2025 г.):

Судебная коллегия по гражданским делам ВС Республики Башкортостан не согласилась с выводом суда первой инстанции о мнимости сделки. Апелляция указала, что факт проживания Дубанова П.И. в квартире и несение расходов не свидетельствуют о мнимости, поскольку по условиям договора зарегистрированные лица сохраняли право проживания. Апелляция признала несостоятельными объяснения истца и третьего лица о безденежности договора, указав на наличие передачи денежных средств в размере 2 500 000 руб. Однако апелляция согласилась с выводом о пропуске исковой давности, оставив решение суда первой инстанции без изменения.

Определение кассационного суда (15 сентября 2025 г.):

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции оставила без изменения судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций, не установив нарушения норм материального или процессуального права.

Обращение в ВС РФ:

Дубанов В.П. подал кассационную жалобу с дополнениями в порядке части 3 статьи 390.7 ГПК РФ, ставя вопрос о передаче дела для рассмотрения в судебном заседании СКГД. Определением судьи ВС РФ от 9 февраля 2026 г. в передаче жалобы было отказано. По запросу заместителя Председателя ВС РФ Глазова Ю.В. от 4 июня 2026 г. дело было истребовано в ВС РФ, и определением от 31 июля 2026 г. отменено определение судьи от 9 февраля 2026 г., кассационная жалоба передана для рассмотрения в судебном заседании СКГД.

---

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Сущность конфликта:

Спор возник между интересом наследника (истца) в восстановлении прав на наследственное имущество (1/3 доля в квартире) и интересом приобретателя (ответчика) в сохранении зарегистрированного права собственности. Конфликт касается толкования понятия «мнимая сделка» и применения правил об исковой давности к ничтожным сделкам, которые фактически не исполнялись.

Категория проблемы: материально-правовая (квалификация сделки как мнимой; применение правил об исковой давности к ничтожным сделкам; наследственное право) и процессуально-правовая (распределение бремени доказывания; оценка доказательств).

Причина передачи на коллегию:

Дело передано на коллегию в связи с необходимостью уточнения судебной практики по вопросам: (1) критериев квалификации сделки как мнимой при наличии формального исполнения и государственной регистрации; (2) исчисления сроков исковой давности по требованиям о признании ничтожной сделки недействительной, когда сделка фактически не исполнялась; (3) прав наследников на оспаривание сделок наследодателя.

---

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА КОЛЛЕГИЮ

1. Может ли сделка быть квалифицирована как мнимая (ничтожная на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ), если она формально исполнена сторонами, оформлена надлежащими документами и зарегистрирована в установленном порядке, но фактически не создала предусмотренные ею правовые последствия?

2. Как исчисляется срок исковой давности (три года по ст. 181 ГК РФ) по требованию о признании ничтожной сделки недействительной, когда сделка фактически не исполнялась сторонами?

3. Вправе ли наследник оспаривать сделку наследодателя, которую сам наследодатель при жизни не оспаривал, если наследник узнал о сделке только при оформлении наследственных прав после смерти наследодателя?

---

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Верховный Суд РФ пришёл к выводу, что суды нижестоящих инстанций неправильно применили нормы материального права о мнимости сделки и о сроках исковой давности. Ключевая позиция: формальное исполнение сделки, наличие оформленных документов и государственная регистрация перехода права собственности сами по себе не препятствуют квалификации сделки как мнимой, если установлено отсутствие у сторон намерения создать соответствующие правовые последствия. Кроме того, срок исковой давности по требованиям о признании ничтожной сделки недействительной не течёт, если сделка фактически не исполнялась.

B. Развёрнутое обоснование

1. Правовая природа сделки и договора купли-продажи недвижимости

Верховный Суд РФ исходит из определения сделки в ст. 153 ГК РФ как действий граждан и юридических лиц, направленных на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Ссылаясь на пункт 50 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», СКГД подчёркивает, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Договор купли-продажи недвижимого имущества (ст. 549 ГК РФ) предполагает, что продавец обязуется передать в собственность покупателя недвижимое имущество, а покупатель обязуется принять товар и уплатить определённую денежную сумму (ст. 454 ГК РФ). Переход права собственности на недвижимое имущество подлежит государственной регистрации (ст. 551 ГК РФ).

2. Мнимая сделка как основание недействительности

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Пункт 86 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 содержит критическое разъяснение: стороны мнимой сделки могут осуществить для вида её формальное исполнение. Примеры: заключение договора купли-продажи и составление актов о передаче имущества при сохранении контроля продавца; осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество. Такое формальное исполнение и регистрация не препятствуют квалификации сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

СКГД развивает эту позицию: для признания сделки мнимой необходимо установить, что каждая из сторон не имела намерения исполнить сделку в действительности, требовать её исполнения и создать соответствующие правовые последствия. Формальное исполнение условий сделки, равно как и государственная регистрация, не могут являться препятствием для квалификации судом сделки как мнимой.

Стандарт доказывания: при рассмотрении требований о мнимости сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов формальным требованиям. Необходимо установить: (а) намерение сторон совершить сделку в действительности и исполнить её; (б) наличие фактических отношений между продавцом и покупателем по сделке.

3. Критика применения норм судами нижестоящих инстанций

Суд первой инстанции правильно установил мнимый характер сделки, указав, что после оформления договора Дубанов П.И. не утратил право владения квартирой, продолжал в ней проживать и оплачивать коммунальные платежи.

Однако суд апелляционной инстанции, не согласившись с выводом о мнимости, применил правовое регулирование неправильно. Апелляция сосредоточилась исключительно на наличии оформленных документов (договор, передаточный акт) и регистрации перехода права собственности, проигнорировав доводы истца и третьего лица о том, что договор составлен лишь для вида, стороны не имели намерения реально исполнить договор, денежные средства не передавались.

Процессуальное нарушение: суд апелляционной инстанции нарушил положения статей 67, 195, 329 ГПК РФ (обязанность суда дать надлежащую правовую оценку доводам сторон), по сути проигнорировав доказательства и объяснения о безденежности сделки и отсутствии намерения сторон создать правовые последствия.

4. Сроки исковой давности по требованиям о признании ничтожной сделки недействительной

Пункт 1 статьи 181 ГК РФ устанавливает, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале её исполнения. При этом срок для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Пункт 101 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 содержит ключевое разъяснение: если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании её недействительной не течёт.

Применение к делу: суды первой и апелляционной инстанций применили эти нормы неправильно. Они исчислили срок исковой давности с момента заключения договора (15 апреля 2016 г.), не учитывая, что сделка фактически сторонами не исполнялась. Дубанов П.И. не передал квартиру Алфеевой Л.Н., продолжал в ней проживать, оплачивал коммунальные платежи. Алфеева Л.Н. оплачивала коммунальные услуги только в марте и мае 2023 г. (незадолго до смерти Дубанова П.И. 3 июня 2023 г.). Денежные средства в размере 2 500 000 руб. по объяснениям третьего лица Латыповой Л.А. не передавались.

Таким образом, вывод судов об отказе в удовлетворении требований в связи с пропуском исковой давности не соответствует закону.

5. Права наследников на оспаривание сделок наследодателя

Согласно статье 1110 ГК РФ, при наследовании имущество умершего переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент.

В силу абзаца первого статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Пункт 73 Постановления Пленума ВС РФ от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъясняет: наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершённой им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал.

Это разъяснение распространяется и на мнимые сделки (ст. 170 ГК РФ), поскольку наследник, как универсальный правопреемник, имеет охраняемый законом интерес в восстановлении прав на наследственное имущество (ст. 166, п. 3 ст. 166 ГК РФ).

6. Недействительность сделки и её последствия

Пункт 1 статьи 167 ГК РФ устанавливает, что недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ).

Дубанов В.П., как наследник, имеет охраняемый законом интерес в восстановлении прав на 1/3 долю в квартире, которая должна была перейти к нему в порядке наследования после смерти отца.

7. Нарушения процессуального закона

Кассационный суд общей юрисдикции, проверяя законность решения суда первой инстанции и апелляционного определения, не выявил и не устранил допущенные ими нарушения норм материального и процессуального права, тем самым не выполнив требования статьи 379.6 и частей первой–третьей статьи 379 ГПК РФ.

---

VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ

Суд первой инстанции: - Правильно установил мнимый характер сделки, однако ошибочно применил правила об исковой давности, исчислив трёхлетний срок с момента заключения договора (15 апреля 2016 г.), а не с момента начала его исполнения (которое фактически не произошло). - Не учёл, что сделка не исполнялась, и поэтому срок исковой давности не течёт.

Суд апелляционной инстанции: - Допустил существенное нарушение норм материального права, неправильно применив правила о мнимости сделки (ст. 170 ГК РФ и п. 86 Постановления Пленума ВС РФ № 25). - Проигнорировал доказательства о формальном характере исполнения сделки и отсутствии передачи денежных средств. - Нарушил процессуальный закон (ст. 67, 195, 329 ГПК РФ), не дав надлежащей правовой оценки доводам истца и объяснениям третьего лица. - Сосредоточился исключительно на наличии оформленных документов и регистрации, проигнорировав фактические отношения между сторонами.

Кассационный суд: - Не выявил и не устранил нарушения норм материального и процессуального права, допущенные судами первой и апелляционной инстанций. - Не выполнил требования ст. 379.6 и ч. 1–3 ст. 379 ГПК РФ о проверке законности судебных постановлений.

Характер нарушений: все указанные нарушения являются существенными в смысле ст. 390.14 ГПК РФ, поскольку они повлияли на исход дела и без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов истца.

---

VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ

Решение СКГД:

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ:

1. Отменила: - Решение Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 18 февраля 2025 г. - Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам ВС Республики Башкортостан от 3 июня 2025 г. - Определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 15 сентября 2025 г.

2. Направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции — Октябрьский городской суд Республики Башкортостан.

3. Указала судам при новом рассмотрении принять во внимание изложенные правовые позиции и разрешить спор в соответствии с подлежащими применению нормами материального права, установленными обстоятельствами и требованиями процессуального закона.

---

VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

1. Влияние на практику нижестоящих судов

Определение СКГД устанавливает чёткий стандарт квалификации мнимых сделок, который существенно отличается от подхода, применявшегося судами нижестоящих инстанций. Суды теперь должны:

• Не ограничиваться формальной проверкой документов и регистрации. Наличие оформленного договора, передаточного акта и государственной регистрации перехода права собственности не является препятствием для признания сделки мнимой.

• Устанавливать намерение сторон. Суды обязаны выяснить, имели ли стороны намерение реально исполнить сделку и создать соответствующие правовые последствия, а не ограничиваться проверкой формальных признаков.

• Анализировать фактические отношения между сторонами. Необходимо исследовать, произошла ли фактическая передача имущества, получены ли денежные средства, осуществлялись ли иные действия, характерные для реального исполнения сделки.

• Правильно исчислять сроки исковой давности. Срок исковой давности по требованиям о признании ничтожной сделки недействительной течёт со дня начала исполнения сделки, а если сделка не исполнялась, срок не течёт вообще.

2. Защита какой стороны усиливается

Определение усиливает защиту наследников и иных лиц, не являющихся сторонами сделки, которые имеют охраняемый законом интерес в восстановлении прав на наследственное имущество. Позиция СКГД позволяет наследникам оспаривать мнимые сделки наследодателя, даже если:

• сделка формально исполнена и зарегистрирована;
• наследодатель при жизни сделку не оспаривал;
• наследник узнал о сделке только при оформлении наследственных прав.

Одновременно позиция защищает добросовестных приобретателей, поскольку требует установления мнимости сделки на основе объективных критериев (отсутствие намерения, отсутствие фактического исполнения), а не предположений.

3. Связь с ранее сформированными позициями ВС/КС РФ

Определение развивает и конкретизирует позиции, содержащиеся в:

• Постановлении Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 (пункты 50, 86, 101), которое уже указывало на возможность формального исполнения мнимой сделки и необходимость анализа намерения сторон.

• Постановлении Пленума ВС РФ от 29 мая 2012 г. № 9 (пункт 73), которое признало право наследников оспаривать сделки наследодателя.

• Постановлении Пленума ВС РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 (пункты 6, 15), которое регулирует исчисление сроков исковой давности, но было неправильно применено судами нижестоящих инстанций.

Определение СКГД уточняет, что разъяснения Пленума о возможности формального исполнения мнимой сделки должны применяться судами при оценке доказательств, а не служить основанием для отклонения исков о признании сделки мнимой.

4. Стандарт доказывания и распределение бремени

Определение устанавливает повышенный стандарт доказывания мнимости сделки:

• Истец (или иное лицо, оспаривающее сделку) должен доказать отсутствие у сторон намерения создать правовые последствия и наличие фактических отношений, свидетельствующих о формальном характере сделки.

• Суд не должен ограничиваться проверкой документов, а обязан исследовать фактические обстоятельства: передачу имущества, получение денежных средств, поведение сторон после заключения сделки.

• Бремя доказывания остаётся на истце, однако суд должен активно исследовать доказательства, включая объяснения сторон и третьих лиц, свидетельские показания, документы, отражающие фактические отношения.

В данном деле суд первой инстанции правильно оценил доказательства (проживание Дубанова П.И. в квартире, оплата им коммунальных платежей, отсутствие требований о выселении), однако апелляция проигнорировала эти доказательства, сосредоточившись на формальных документах.

5. Сферы применения позиции по аналогии

Позиция СКГД применима к иным категориям сделок, совершённых лишь для вида:

• Дарение недвижимого имущества, когда даритель продолжает владеть и пользоваться имуществом, а одаряемый не осуществляет никаких действий, характерных для собственника.

• Залог имущества, когда залогодатель сохраняет контроль над имуществом, а залогодержатель не осуществляет никаких действий по управлению или реализации залога.

• Аренда жилого помещения, когда договор оформлен, но арендатор не получает фактического доступа к помещению или не осуществляет платежи.

• Купля-продажа движимого имущества, когда договор и акт передачи оформлены, но товар не передан и деньги не получены.

Во всех этих случаях суды должны анализировать намерение сторон и фактические отношения, а не ограничиваться проверкой документов и регистрации.

6. Значение для наследственного права

Определение имеет важное значение для защиты прав наследников. Оно подтверждает, что:

• Наследники могут оспаривать сделки наследодателя, совершённые в целях уклонения от наследования или обхода закона.

• Наследники не обязаны знать о всех сделках наследодателя при его жизни; они могут узнать о них при оформлении наследственных прав.

• Сроки исковой давности для наследников исчисляются с момента, когда они узнали или должны были узнать о начале исполнения сделки, а не с момента её заключения.

Это особенно важно в случаях, когда наследодатель был пожилым, болезненным или находился под влиянием третьих лиц, и совершал сделки, не отвечающие его интересам.

---

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Определение СКГД ВС РФ № 49-КГ26-14-К6 от 21 сентября 2026 г. устанавливает принципиально важную позицию о квалификации мнимых сделок и применении сроков исковой давности к ничтожным сделкам. Суды нижестоящих инстанций обязаны анализировать не только формальные признаки сделки (документы, регистрация), но и намерение сторон, фактические отношения между ними и характер исполнения сделки. Формальное исполнение и государственная регистрация не препятствуют признанию сделки мнимой, если установлено отсутствие у сторон намерения создать соответствующие правовые последствия. Определение усиливает защиту наследников и иных лиц, имеющих охраняемый законом интерес в восстановлении прав на имущество, и требует от судов более тщательного анализа доказательств при рассмотрении споров о недействительности сделок.