ВС подтвердил приговор участникам банды за теракт и убийства сотрудников правоохранительных органов в Чечне

АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР КАССАЦИОННОГО ОПРЕДЕЛЕНИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ

I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА

Номер и дата определения: № 224-УД25-25-А6 от 28 августа 2025 г.

Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации

Состав суда: - Председательствующий: Воронов А.В. - Судьи: Замашнюк А.Н. (докладчик), Сокерин С.Г. - Секретарь: Лозов С.В.

Участники: - Осуждённые: Булуев Р.С., Наматов Р.С., Ушаев А.А. - Прокурор: Обухов А.В. (отдел управления Главной военной прокуратуры) - Адвокаты: Шамсудинов Т.З., Саидов М.Р., Аганов А.Т.

Квалификация преступлений:

Булуев Р.С.: - Ч. 2 ст. 209 УК РФ (участие в устойчивой вооружённой группе) — 9 лет - Ч. 3 ст. 222 УК РФ (незаконное хранение и перевозка взрывных устройств организованной группой) — 6 лет - П. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ (похищение человека организованной группой с применением оружия) — 9 лет - Ч. 3 ст. 205 УК РФ (террористический акт организованной группой) — 16 лет - Пп. «а», «е», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство двух и более лиц общеопасным способом организованной группой) — 15 лет - Ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (покушение на убийство двух и более лиц) — 12 лет - Ст. 317 УК РФ (посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа) — 15 лет

Наматов Р.С. и Ушаев А.А.: идентичная квалификация, за исключением п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ (только Булуев и Наматов)

Назначенное наказание (по приговору первой инстанции): - Булуев Р.С.: 21 год лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с лишением воинского звания лейтенант запаса и ордена Мужества - Наматов Р.С.: 23 года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с лишением воинского звания прапорщик запаса (с зачётом наказания по первому приговору от 27 июля 2018 г.) - Ушаев А.А.: 24 года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с лишением воинского звания рядовой запаса (с зачётом наказания по первому приговору от 27 июля 2018 г.)

Наказание (по апелляционному определению от 12 сентября 2024 г.): - Булуев Р.С.: 20 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима - Наматов Р.С.: 22 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима - Ушаев А.А.: 23 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима

По чьей жалобе рассмотрено: Кассационные жалобы осуждённых Наматова Р.С. и Ушаева А.А., адвокатов Шамсудинова Т.З. (в защиту Наматова и Ушаева), Саидова М.Р. и Аганова А.Т. (в защиту Булуева)

---

II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Существо обвинения:

Булуев, Наматов и Ушаев осуждены за совершение в составе организованной группы (банды) следующих преступлений:

1. Террористический акт — совершение взрыва самодельного взрывного устройства в селе (конкретное место в тексте зашифровано), устрашившего население и создавшего опасность гибели людей, причинившего значительный имущественный ущерб, в целях нарушения общественной безопасности и воздействия на принятие органами власти решений по выходу Чеченской Республики из состава Российской Федерации.

2. Убийство и покушение на убийство — умышленное причинение смерти одиннадцати сотрудникам правоохранительных органов и покушение на убийство десяти сотрудников общеопасным способом организованной группой.

3. Посягательство на жизнь сотрудников правоохранительных органов — совершённое в целях воспрепятствования их законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.

4. Участие в устойчивой вооружённой группе (банде) — ч. 2 ст. 209 УК РФ.

5. Незаконное хранение и перевозка взрывных устройств — организованной группой.

6. Похищение человека (Булуев и Наматов) — совершённое организованной группой с применением оружия, повлекшее смерть потерпевшего.

Преступления совершены на территории Чеченской Республики при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Приговор первой инстанции:

Южный окружной военный суд постановил приговор 21 апреля 2023 г., осудив трёх лиц по совокупности преступлений с применением правил ч. 3 ст. 69 УК РФ (частичное сложение наказаний). Для Наматова и Ушаева, имевших предыдущие судимости по ст. 317 УК РФ от 27 июля 2018 г., применена ч. 5 ст. 69 УК РФ (совокупность приговоров).

Решение апелляции:

Апелляционное определение апелляционного военного суда от 12 сентября 2024 г. изменило приговор: - Исключены указания на умышленное причинение смерти одиннадцати сотрудникам правоохранительных органов при квалификации по пп. «а», «е», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (наказание смягчено с 15 до 14 лет). - Исключены указания на покушение на убийство десяти сотрудников при квалификации по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (наказание смягчено с 12 до 11 лет 6 месяцев). - Пересчитаны окончательные наказания по совокупности преступлений и совокупности приговоров. - Отменено решение суда по гражданским искам потерпевших о взыскании денежных средств в счёт компенсации морального вреда.

Основания обращения в ВС РФ:

Осуждённые Наматов и Ушаев, а также адвокаты Шамсудинов, Саидов и Аганов оспаривали законность и обоснованность приговора и апелляционного определения, ссылаясь на:

1. Процессуально-правовые основания: - Потерпевшие не являлись очевидцами инкриминируемых деяний - Недопустимость протоколов опознания по фотографиям между знакомыми лицами - Ложные показания Наматова и Ушаева (подтверждённые якобы экспертом) - Нарушение права на защиту при проведении проверки показаний на месте без участия адвоката Шамсудинова - Недопустимость показаний, полученных с нарушением права на защиту - Применение непроцессуальных методов воздействия до допроса - Нарушение права на представление доказательств (адвокат Аганов) - Необоснованный отказ в удовлетворении ходатайств о допросе свидетелей и истребовании материалов

2. Материально-правовые основания: - Необоснованная квалификация по ч. 3 ст. 205 УК РФ (целью объединения была борьба с правоохранительными органами и отделение Чеченской Республики, а не воздействие на принятие органами власти решений) - Излишняя квалификация по ст. 105 УК РФ (ссылка на Постановление Пленума ВС РФ от 9 февраля 2012 г. № 1) - Неправильное применение редакции ч. 3 ст. 205 УК РФ (должна применяться редакция от 30 декабря 2008 г. № 321-ФЗ) - Излишнее вменение отягчающего обстоятельства — использование форменной одежды

3. Вопросы преюдициального значения: - Приговор Верховного суда Чеченской Республики от 15 мая 2008 г. не должен был предрешать виновность Булуева, Наматова и Ушаева - Прекращение уголовного дела по ч. 3 ст. 205 УК РФ в отношении других лиц должно было учитываться

---

III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА

Категория проблемы: Комплексная — материально-правовая и процессуально-правовая.

Материально-правовые проблемы:

1. Квалификация по ч. 3 ст. 205 УК РФ — правомерность вменения террористического акта при наличии целей, выходящих за пределы диспозиции статьи (воздействие на принятие органами власти решений vs. борьба с правоохранительными органами и отделение региона).

2. Соотношение квалификации по ч. 3 ст. 205 УК РФ и ст. 105 УК РФ — необходимость дополнительной квалификации по убийству при наличии квалифицирующего признака террористического акта в редакции от 21 июля 2004 г.

3. Выбор редакции закона — применение ч. 3 ст. 205 УК РФ в редакции от 21 июля 2004 г. (№ 74-ФЗ) vs. редакции от 30 декабря 2008 г. (№ 321-ФЗ) в соответствии со ст. 9–10 УК РФ.

4. Отягчающие обстоятельства — правомерность признания использования форменной одежды отягчающим обстоятельством по п. «н» ч. 1 ст. 63 УК РФ.

Процессуально-правовые проблемы:

1. Допустимость доказательств — протоколы опознания по фотографиям между знакомыми лицами, показания, полученные с нарушением права на защиту, применение непроцессуальных методов воздействия.

2. Право на защиту — проведение проверки показаний на месте без участия адвоката, предупреждение соучастника об уголовной ответственности по ст. 307–308 УК РФ.

3. Право на представление доказательств — отказ в удовлетворении ходатайств о допросе свидетелей и истребовании материалов.

4. Преюдициальное значение приговора — применение ст. 90 УПК РФ при ссылке на приговор Верховного суда Чеченской Республики от 15 мая 2008 г.

5. Оценка доказательств — недостаточность мотивировки приговора при оценке показаний свидетелей защиты и заключений специалистов.

---

IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ

1. Содержат ли материалы уголовного дела существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законодательства, повлиявшие на исход дела, в частности на вывод о виновности осуждённых?

2. Являются ли положенные в основу приговора доказательства (показания Наматова, Ушаева, Агамерзаева, протоколы опознания, протоколы проверок показаний на месте) допустимыми и достоверными?

3. Правомерна ли квалификация действий осуждённых по ч. 3 ст. 205 УК РФ (в редакции от 21 июля 2004 г.) при наличии целей, отличных от воздействия на принятие органами власти решений?

4. Необходима ли дополнительная квалификация по ст. 105 УК РФ при наличии квалифицирующего признака террористического акта в редакции от 21 июля 2004 г.?

5. Нарушено ли право на защиту осуждённых при проведении следственных действий и оказании юридической помощи?

6. Имеет ли преюдициальное значение приговор Верховного суда Чеченской Республики от 15 мая 2008 г. в отношении других лиц?

---

V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

A. Основной правовой подход

Судебная коллегия по делам военнослужащих ВС РФ пришла к выводу об отсутствии предусмотренных ч. 1 ст. 401 УПК РФ оснований для отмены или изменения приговора и апелляционного определения. По смыслу ст. 401 УПК РФ, в кассационном порядке могут быть отменены или изменены судебные решения только при наличии существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявших на исход дела (в отличие от апелляционного производства). Таких нарушений при расследовании и рассмотрении дела не допущено. Выводы суда о виновности осуждённых подтверждаются совокупностью допустимых и достоверных доказательств, квалификация содеянного правильна, наказание назначено с соблюдением требований закона.

B. Развёрнутое обоснование

1. Процессуальные основания кассационного пересмотра (ст. 401 УПК РФ)

Судебная коллегия установила, что:

• Уголовное дело рассмотрено полномочным судом с соблюдением правил подсудности (ст. 31 УПК РФ).
• Собранные доказательства исследованы в судебном заседании с соблюдением принципов уголовного судопроизводства (ст. 17 УПК РФ).
• Стороны имели реальную возможность дать пояснения и задать вопросы допрашиваемым лицам (ст. 252 УПК РФ).
• Заявленные ходатайства разрешены в установленном порядке, принятые решения законны и обоснованы.
• Несогласие защитников с отказом в удовлетворении ходатайств само по себе не может расцениваться как нарушение права на защиту (ст. 49 УПК РФ).
• Позиция стороны защиты получила надлежащую оценку в приговоре.

2. Допустимость и достоверность доказательств (ст. 75, 87, 88 УПК РФ)

Показания Наматова, Ушаева и Агамерзаева:

Судебная коллегия признала эти показания допустимыми и достоверными на основании:

• Неоднократного дачи показаний во время предварительного расследования.
• Фиксации показаний под видеозапись.
• Получения в условиях, исключающих возможность оказания непроцессуальных методов воздействия.
• Реализации права на защиту (ст. 49 УПК РФ), включая реальную возможность отказаться от дачи изобличающих показаний.
• Наличия собственноручных подписей допрошенных лиц, подтверждающих правильность и достоверность показаний.
• Предупреждения о том, что показания могут быть использованы в качестве доказательств в случае последующего отказа от них.

Протоколы опознания по фотографиям:

Вопреки доводам защиты, суд установил, что:

• Уголовно-процессуальное законодательство РФ не запрещает проводить опознание между знакомыми лицами (ст. 193 УПК РФ).
• Сотрудники исправительных учреждений, участвовавшие в качестве понятых, не подпадали под ограничения ч. 2 ст. 60 УПК РФ.
• Протоколы опознания не содержат предположений или неустранимых противоречий.

Заключения специалистов К. и Б.:

Судебная коллегия признала эти заключения недопустимыми доказательствами на основании:

• Того, что названные лица не привлекались в установленном законом порядке к участию в процессуальных действиях в качестве специалистов (ст. 58 УПК РФ).
• Отсутствия у них полномочий по оценке доказательств (ст. 86–88 УПК РФ).
• Того, что они не вправе проводить исследования доказательств и формулировать выводы по ним, тем более разрешать вопросы, отнесённые к компетенции экспертов.
• Отсутствия законных оснований для производства судебных экспертиз в целях оценки данных доказательств.

Показания свидетеля Т. (Тунтуева):

Судебная коллегия установила, что:

• Показания свидетеля Т. и протоколы следственных действий с его участием в основу приговора не положены.
• Приводимая адвокатами оценка этих доказательств и анализ решений ЕСПЧ от 9 февраля 2021 г. и 13 октября 2022 г. являются беспредметными и не колеблют выводов суда, основанных на оценке совокупности иных доказательств.

Предупреждение Агамерзаева об уголовной ответственности:

Судебная коллегия признала, что:

• Предупреждение об уголовной ответственности по ст. 307 и 308 УК РФ не может служить основанием для признания показаний недопустимым доказательством (ст. 75 УПК РФ).
• Ему были разъяснены все предусмотренные законом права, включая положения ст. 51 Конституции РФ.
• Это соответствует правовой позиции Конституционного Суда РФ, сформулированной в Постановлении от 25 апреля 2001 г. № 6-П и Определении от 1 декабря 1999 г. № 211-О.

Заявления об применении непроцессуальных методов воздействия:

Судебная коллегия установила, что:

• Утверждения Агамерзаева, Ушаева и Наматова о применении непроцессуальных методов воздействия не получили подтверждения.
• Судами обеих инстанций с учётом анализа показаний свидетелей и результатов инициированных судом проверок этих заявлений дана надлежащая правовая оценка.

3. Право на защиту (ст. 49 УПК РФ)

Судебная коллегия установила, что:

• Объективных данных о ненадлежащем оказании юридической помощи адвокатами или избрании ими позиции, противоречащей интересам подзащитных, материалы дела не содержат.
• Проведение проверки показаний Наматова на месте без участия адвоката Шамсудинова (от услуг которого он отказался) не нарушило право на защиту.
• Доводы защиты об ущемлении права на защиту на досудебной стадии являются несостоятельными.

4. Преюдициальное значение приговора (ст. 90 УПК РФ)

Судебная коллегия установила, что:

• Суд первой инстанции обоснованно сослался на вступивший в законную силу приговор Верховного суда Чеченской Республики от 15 мая 2008 г. в части, касающейся установленных этим приговором обстоятельств создания устойчивой вооружённой группы (банды), её целей и состава.
• Виновность Булуева, Наматова и Ушаева в этих противоправных действиях названный приговор не предрешал.
• Их процессуальный статус и правовая оценка содеянного не предопределялись Верховным судом Чеченской Республики.
• Различные процессуальные решения, принятые этим судом в отношении иных лиц, не имели преюдициального значения по настоящему уголовному делу.
• Истребование и оценка материалов дела в отношении иных лиц не входили в предмет доказывания (ст. 252 УПК РФ) и выходили за пределы судебного разбирательства, поэтому суд обоснованно отказал в удовлетворении соответствующих ходатайств.

5. Мотивировка приговора (ст. 297, 304, 307–309 УПК РФ)

Судебная коллегия установила, что:

• Приговор соответствует требованиям закона и содержит:
• Описание преступных деяний, признанных доказанными, с указанием места, времени, способа совершения, формы вины.
• Подробный анализ и оценку доказательств.
• Мотивы, по которым доказательства признаны допустимыми и достоверными.
• Решения о квалификации, назначении наказания и иных вопросах (ст. 299 УПК РФ).
• Закон не обязывает подробно излагать абсолютно все исследованные доказательства, в том числе не связанные с обстоятельствами, подлежащими доказыванию.
• Содержащиеся в приговоре формулировки соответствуют разъяснениям Постановления Пленума ВС РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре».

6. Оценка доказательств (ст. 17, 87, 88 УПК РФ)

Судебная коллегия установила, что:

• Выводы суда о виновности осуждённых подтверждаются совокупностью доказательств:
• Показаниями потерпевших о причинении им повреждений в результате взрыва.
• Показаниями потерпевших о гибели их близких родственников.
• Показаниями свидетелей об известных им обстоятельствах.
• Протоколами предъявления для опознания.
• Протоколами следственных действий.
• Вступившим в законную силу приговором Верховного суда Чеченской Республики от 15 мая 2008 г.
• Заключениями экспертов.
• Документами и иными доказательствами.
• Суд дал надлежащую правовую оценку по правилам ст. 17, 87 и 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности.
• Содержание доказательств изложено в приговоре объективно, в соответствии с материалами дела и без искажений, влияющих на существо принятых решений.
• Положенные в основу приговора доказательства не содержат предположений или неустранимых противоречий.
• Утверждения авторов жалоб о недоказанности вины являются несостоятельными.

7. Материально-правовые вопросы

Квалификация по ч. 3 ст. 205 УК РФ:

Судебная коллегия установила, что:

• Осуждённые обвинялись и признаны виновными в совершении террористического акта по квалифицирующему признаку, предусмотренному ч. 3 ст. 205 УК РФ (в редакции от 21 июля 2004 г.) — совершение организованной группой взрыва, устрашающего население и создающего опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба, наступления иных тяжких последствий, в целях нарушения общественной безопасности и воздействия на принятие органами власти решений по выходу Чеченской Республики от Российской Федерации.
• Доводы защиты о том, что целью объединения была борьба с правоохранительными органами и отделение региона, а не воздействие на принятие органами власти решений, являются несостоятельными.
• Других квалифицирующих признаков акта терроризма, в том числе умышленного причинения смерти человеку, по данному преступлению осуждённым не вменялось и не могло быть вменено, поскольку такие действия на момент их совершения не охватывались диспозицией ч. 3 ст. 205 УК РФ (в редакции от 21 июля 2004 г.) и требовали самостоятельной квалификации по ст. 105 УК РФ.

Соотношение квалификации по ч. 3 ст. 205 УК РФ и ст. 105 УК РФ:

Судебная коллегия установила, что:

• Доводы защиты о необоснованной квалификации по ч. 3 ст. 205 УК РФ и излишней квалификации по ст. 105 УК РФ являются несостоятельными.
• Ссылка защиты на Постановление Пленума ВС РФ от 9 февраля 2012 г. № 1 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности» (предусматривающее, что при террористическом акте, повлёкшем смерть человека, содеянное охватывается п. «б» ч. 3 ст