Центральный окружной военный суд приговором от 14 марта 2024 г. осудил Габитова А.Ж. по ч. 1 ст. 208 УК РФ (финансирование незаконного вооружённого формирования) и ч. 1 ст. 205¹ УК РФ (финансирование терроризма) к 12 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год. Суд установил, что Габитов переводил денежные средства на банковскую карту лица, убывшего воевать на стороне террористической организации, а также на счёт, использовавшийся для финансирования терроризма, при этом сам разделял радикальную исламистскую идеологию и высказывался о необходимости поддержки боевиков. Апелляционный военный суд 17 июня 2025 г. оставил приговор без изменения. Габитов обратился с кассационной жалобой в Судебную коллегию по делам военнослужащих Верховного Суда РФ, прося оправдать его по ст. 205¹ УК РФ, переквалифицировать действия по ст. 208 УК РФ на покушение и снизить наказание (дело № 223-УД26-23-А6, определение от 2 сентября 2026 г.).
Главный довод жалобы состоял в том, что банковской картой лица С. фактически пользовался некий Х., который снял переведённые деньги и присвоил их, — следовательно, средства до организации не дошли и преступление не было окончено. Судебная коллегия отклонила этот довод, указав: составы финансирования незаконного вооружённого формирования и терроризма сконструированы законодателем как оконченные с момента предоставления денежных средств лицом, осознающим их целевое назначение. То, как впоследствии распорядились переведёнными деньгами третьи лица, находится за пределами объективной стороны этих преступлений и правового значения для квалификации не имеет.
Относительно довода о нарушении обратной силы закона (ст. 10 УК РФ) коллегия констатировала, что на дату совершения переводов редакция ст. 208 УК РФ, введённая Федеральным законом от 5 мая 2014 г. № 130-ФЗ, уже предусматривала ответственность за финансирование незаконного вооружённого формирования, поэтому никакого ухудшения положения осуждённого применением более позднего закона не произошло. Довод об отсутствии умысла на финансирование терроризма ввиду отсутствия прямых контактов с лицом П. также был отвергнут: коллегия подтвердила, что умысел доказывается совокупностью косвенных доказательств — показаниями свидетелей об идеологических убеждениях Габитова, его собственными высказываниями о необходимости поддержки боевиков и самими фактами переводов на счета, использовавшиеся для финансирования терроризма. Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба — без удовлетворения.
Аналитическая карточка
I. РЕКВИЗИТЫ ДЕЛА
Номер и дата определения: № 223-УД26-23-А6 от 2 сентября 2026 г.
Инстанция ВС РФ: Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации
Состав суда: - Председательствующий: Воронов А.В. - Судья-докладчик: Замашнюк А.Н. - Член коллегии: Сокерин С.Г. - Секретарь: Яковлева Т.С.
Участники: - Осуждённый: Габитов Асламбек Жанбекович (несудимый) - Защитник: адвокат Шевчук П.В. - Прокурор: Обухов А.В. (отдел управления Главной военной прокуратуры)
Квалификация преступлений: - По ч. 1 ст. 208 УК РФ (в редакции Федерального закона от 5 мая 2014 г. № 130-ФЗ) — финансирование вооружённого формирования, не предусмотренного федеральным законом - По ч. 1 ст. 205' УК РФ (в редакции Федерального закона от 5 мая 2014 г. № 130-ФЗ) — финансирование терроризма
Назначенное наказание: - По ч. 1 ст. 208 УК РФ: 10 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год - По ч. 1 ст. 205' УК РФ: 7 лет лишения свободы - По совокупности преступлений (ч. 3 ст. 69 УК РФ, путём частичного сложения): 12 лет в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год с установлением ограничений и возложением обязанностей, указанных в приговоре - Конфискация денежных средств в установленном размере
По чьей жалобе рассмотрено: По кассационной жалобе осуждённого Габитова А.Ж. на приговор Центрального окружного военного суда от 14 марта 2024 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 17 июня 2025 г.
II. ФАБУЛА И ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ
Существо обвинения: Габитов осуждён за финансирование вооружённого формирования, не предусмотренного федеральным законом, и финансирование терроризма, выразившиеся в перечислении им денежных средств в установленных суммах для нужд указанных организаций. По материалам дела установлено, что Габитов поддерживал дружеские отношения с лицом С., который придерживался радикальной исламистской идеологии и убыл на территорию для участия в боевых действиях на стороне террористической организации. На банковскую карту этого лица Габитов перевёл денежные средства для помощи боевикам. Кроме того, суд установил приверженность самого Габитова радикальной исламистской идеологии, его высказывания о необходимости поддержки боевиков и оказания им финансовой помощи, которую он предоставил путём переводов денежных средств, в том числе на счёт лица П. (использовавшийся для финансирования терроризма), выразив намерение продолжать такую помощь.
Приговор первой инстанции: Центральный окружной военный суд от 14 марта 2024 г. осудил Габитова по ч. 1 ст. 208 УК РФ на 10 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год и по ч. 1 ст. 205' УК РФ на 7 лет лишения свободы; по совокупности — 12 лет в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год.
Решение апелляции: Апелляционное определение апелляционного военного суда от 17 июня 2025 г. оставило приговор без изменения, апелляционные жалобы осуждённого и его защитника (адвоката Довбыша А.А.) оставило без удовлетворения.
Основания обращения в ВС РФ: Габитов в кассационной жалобе просил изменить приговор и апелляционное определение, оправдать его в совершении преступления по ч. 1 ст. 205' УК РФ, переквалифицировать действия с ч. 1 ст. 208 на ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 208 УК РФ (покушение на финансирование вооружённого формирования) и снизить срок наказания. Основные доводы: 1. Суды не учли, что банковская карта лица С. находилась в пользовании третьего лица Х., который снимал денежные средства и присвоил их себе, поэтому средства не поступили на нужды организации. 2. Нарушена обратная сила уголовного закона (ст. 10 УК РФ): действия совершены до признания организации террористической (решение ВС РФ от 29 декабря 2014 г., вступившее в силу 13 февраля 2015 г.). 3. Суды не доказали умысел на финансирование террористической организации, так как Габитов перечислял средства на благотворительность, не поддерживал контактов с лицом П. и больше не перечислял ей деньги. 4. Суды неполно отразили показания свидетелей К. и Б.
III. ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА
Категория проблемы: Материально-правовая (квалификация деяния, признаки состава преступления, разграничение оконченного преступления и покушения, обратная сила уголовного закона, доказывание умысла, назначение наказания).
IV. ПРАВОВОЙ ВОПРОС, ВЫНЕСЕННЫЙ НА РАССМОТРЕНИЕ
- Является ли преступление оконченным с момента перечисления денежных средств или требуется их фактическое поступление на нужды организации?
- Нарушена ли обратная сила уголовного закона при квалификации действий, совершённых до официального признания организации террористической?
- Доказан ли умысел Габитова на финансирование террористической организации при отсутствии прямых контактов с её представителями?
- Надлежащим ли образом суды отразили и оценили показания свидетелей?
V. ПОЗИЦИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА
A. Основной правовой подход
Верховный суд пришёл к выводу об отсутствии предусмотренных ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ оснований для отмены или изменения приговора и апелляционного определения. Суд подтвердил, что финансирование вооружённого формирования и терроризма являются оконченными преступлениями с момента предоставления денежных средств с осознанием их целевого назначения, независимо от того, как они впоследствии расходовались. Доказательства собраны надлежащим образом, оценены правильно, и выводы суда о виновности подтверждаются совокупностью доказательств.
B. Развёрнутое обоснование
1. Критерии кассационного пересмотра и отсутствие существенных нарушений
Судебная коллегия указала, что в соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. По смыслу данной нормы в взаимосвязи со ст. 401 УПК РФ круг оснований ограничен лишь такими нарушениями, которые повлияли на вывод о виновности, юридическую оценку содеянного, назначение наказания или применение иных мер уголовно-правового характера.
Суд установил, что таких нарушений при производстве по делу не допущено. Из материалов дела не усматривается предвзятости, обвинительного уклона, ущемления права на защиту или иных нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого решения.
2. Надлежащее исследование доказательств и соблюдение процедуры судопроизводства
Собранные по делу относимые и допустимые доказательства непосредственно и с соблюдением принципов уголовного судопроизводства исследованы в судебном заседании. По каждому доказательству стороны имели возможность дать пояснения и задать вопросы, чем они воспользовались. Заявленные ходатайства разрешены судом в установленном порядке, приняты законные и обоснованные решения.
Позиция стороны защиты получила объективную оценку в приговоре. Предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены правильно на основании совокупности исследованных доказательств, достаточных для принятия законного решения. Приговор соответствует требованиям ст. 297, 304, 307–309 УПК РФ.
3. Оценка доказательств и выводы о виновности
Вопреки утверждениям Габитова, выводы суда о его виновности подтверждаются совокупностью приведённых доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в ходе судебного рассмотрения. Доказательства получили надлежащую оценку по правилам ст. 17, 87 и 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности.
Содержание доказательств изложено в приговоре объективно, в соответствии с материалами дела и без искажений, влияющих на существо принятых решений. Доказательства не содержат неустранимых противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности.
Право стороны защиты на допрос показывающих против Габитова лиц реализовано в рамках закона.
4. Оценка показаний свидетелей и банковских данных
Оснований не доверять приведённым в приговоре доказательствам, в том числе показаниям свидетелей К. и Б. о приверженности лица С. радикальной исламистской идеологии и его убытии на территорию для участия в боевых действиях, а также о переводе Габитовым денежных средств на его банковскую карту для помощи боевикам, не имелось. Эти доказательства получены и процессуально закреплены с соблюдением требований УПК РФ, противоречий не содержат и взаимно дополняют друг друга.
Данные показания согласуются с показаниями свидетелей П., Р., К. о приверженности самого Габитова радикальной исламистской идеологии, его высказываниях о необходимости поддержки боевиков и оказании им финансовой помощи, которую он предоставил путём переводов денежных средств, в том числе на счёт П., выразив намерение продолжать эту помощь. Показания согласуются также с доказательствами о том, что счёт П. использовался для финансирования терроризма.
Показания свидетелей положены в основу приговора только после всесторонней и полной проверки на соответствие всем свойствам доказательств, с выяснением источника осведомлённости и сопоставлением с совокупностью других доказательств. Закон не обязывает приводить в приговоре показания свидетелей в полном объёме, включая не относящиеся к предмету доказывания.
Аргументированной является оценка показаний самого Габитова о невиновности и иной целевой направленности переведённых им денег, которые не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и опровергаются совокупностью исследованных доказательств.
5. Материально-правовая оценка: момент окончания преступления
Суд указал, что в силу требований уголовного законодательства Российской Федерации финансирование вооружённого формирования и терроризма считаются оконченными преступлениями с момента предоставления денежных средств с осознанием того, что они предназначены для финансирования организации, подготовки или совершения преступлений, предусмотренных ст. 208 и 205 УК РФ, либо для финансирования или иного материального обеспечения лица в целях совершения им хотя бы одного из этих преступлений.
Поэтому как в дальнейшем были расходованы денежные средства, изначально перечисленные Габитовым именно в целях поддержки организации, правового значения по делу не имеет и не колеблет выводов суда о совершении оконченных преступлений по ч. 1 ст. 208 и ч. 1 ст. 205' УК РФ.
6. Обратная сила уголовного закона (ст. 10 УК РФ)
Суд признал несостоятельным и основанным на неправильном понимании уголовного закона довод осуждённого о нарушении положений ст. 10 УК РФ при квалификации его преступных действий. На дату перечисления Габитовым денежных средств в целях материального обеспечения организации уголовным законом предусматривалась ответственность по ч. 1 ст. 208 УК РФ в действующей на тот момент редакции Федерального закона от 5 мая 2014 г. № 130-ФЗ.
7. Доказывание умысла и отсутствие прямых контактов
Суд отметил, что то обстоятельство, что Габитов не был лично знаком с лицом П. и не поддерживал с ней контактов, не колеблет выводов суда о доказанности вины осуждённого в преступлении, связанном с финансированием терроризма. Умысел может быть доказан совокупностью косвенных доказательств, включая показания свидетелей о приверженности Габитова радикальной идеологии, его высказывания о необходимости финансовой поддержки боевиков и сами факты переводов денежных средств на счета, используемые для финансирования терроризма.
8. Назначение наказания
Наказание осуждённому назначено в соответствии с требованиями закона, с учётом характера и степени общественной опасности совершённых преступлений, данных о его личности, смягчающих и иных обстоятельств, приведённых в приговоре. Наказание отвечает целям его применения, определённым в ч. 2 ст. 43 УК РФ, и является справедливым.
В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал наличие у Габитова малолетних детей, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики, наличие хронических заболеваний.
Мотивированными являются решения суда о неназначении дополнительного наказания в виде штрафа, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 205' УК РФ, об отсутствии оснований для изменения категорий совершённых преступлений на менее тяжкие в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ.
9. Конфискация имущества
Аргументированным и соответствующим требованиям ст. 104* и ст. 104 УК РФ является решение суда о необходимости конфискации денежных средств осуждённого в установленном размере, предназначенных для финансирования организации и терроризма.
10. Апелляционное рассмотрение
При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции проверены законность, обоснованность и справедливость приговора, соблюдена процедура рассмотрения дела, в полном объёме рассмотрены доводы апелляционных жалоб осуждённого и его защитника, на которые даны мотивированные ответы. Вынесенное апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389, 389.1, 389.2, 389.3 УПК РФ.
VI. ОЦЕНКА ОШИБОК НИЖЕСТОЯЩИХ СУДОВ
Верховный суд не установил существенных ошибок нижестоящих судов. Суд отклонил все доводы кассационной жалобы как несостоятельные:
-
Относительно момента окончания преступления: Суд подтвердил, что преступление финансирования является оконченным с момента передачи денежных средств с соответствующим умыслом, независимо от их последующего расходования. Довод о том, что средства были присвоены третьим лицом и не поступили на нужды организации, не имеет правового значения.
-
Относительно обратной силы уголовного закона: Суд указал, что на момент совершения деяния действовала редакция ст. 208 УК РФ, предусматривавшая ответственность за финансирование вооружённого формирования, поэтому нарушения ст. 10 УК РФ не произошло.
-
Относительно доказывания умысла: Суд признал умысел доказанным совокупностью доказательств, включая показания свидетелей о приверженности Габитова радикальной идеологии, его высказывания и сами факты переводов денежных средств. Отсутствие прямых контактов с конкретным лицом не исключает умысла на финансирование терроризма.
-
Относительно полноты отражения показаний свидетелей: Суд указал, что закон не обязывает приводить показания в полном объёме, и суд вправе выбирать, какие части показаний отразить в приговоре, если они относятся к предмету доказывания.
VII. РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ
Определено:
Приговор Центрального окружного военного суда от 14 марта 2024 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 17 июня 2025 г. в отношении Габитова Асламбека Жанбековича оставить без изменения.
Кассационную жалобу осуждённого оставить без удовлетворения.
VIII. ПРАКТИЧЕСКОЕ И ДОКТРИНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ
1. Влияние на квалификацию аналогичных деяний
Определение уточняет, что преступления финансирования вооружённого формирования (ч. 1 ст. 208 УК РФ) и финансирования терроризма (ч. 1 ст. 205' УК РФ) являются оконченными с момента передачи денежных средств, а не с момента их фактического использования. Это имеет значение для разграничения оконченного преступления и покушения: если лицо передало деньги с соответствующим умыслом, но они впоследствии не были использованы по назначению (присвоены, потеряны, перехвачены), преступление всё равно считается оконченным. Данный подход соответствует объективной стороне преступлений финансирования, которые характеризуются предоставлением средств, а не их использованием.
2. Влияние на стандарт доказывания и оценки доказательств
Суд подтвердил, что умысел на финансирование может быть доказан косвенными доказательствами, включая показания свидетелей о идеологических убеждениях лица, его высказывания о необходимости финансовой поддержки, и сами факты переводов денежных средств на счета, используемые для финансирования. Отсутствие прямых контактов с конкретным представителем организации не исключает умысла. Это расширяет возможности доказывания в делах о финансировании терроризма, где прямые контакты часто отсутствуют.
Суд также подтвердил, что закон не требует приведения в приговоре показаний свидетелей в полном объёме, если они не относятся к предмету доказывания. Суд вправе выбирать, какие части показаний отразить, при условии, что доказательства оценены всесторонне и полно.
3. Гарантии прав обвиняемого / подсудимого / осуждённого
Определение подтверждает, что право на защиту реализуется через возможность допроса свидетелей, задавания вопросов, подачи ходатайств и возражений. Суд обязан дать объективную оценку позиции защиты. Однако определение показывает, что кассационный пересмотр ограничен только существенными нарушениями, повлиявшими на исход дела. Это означает, что недостатки в отражении доказательств в приговоре или неполнота показаний не являются основанием для отмены, если выводы суда подтверждаются совокупностью доказательств.
4. Связь с другими позициями ВС/КС РФ
Определение ссылается на ст. 10 УК РФ (обратная сила уголовного закона) и подтверждает, что при квалификации деяния применяется закон, действовавший на момент его совершения. Это согласуется с конституционными принципами и позициями Конституционного суда РФ о недопустимости обратной силы уголовного закона, ухудшающего положение лица.
Определение также ссылается на ст. 43 УК РФ (цели наказания), ст. 60–74 УК РФ (назначение наказания), ст. 104*, 104 УК РФ (конфискация), подтверждая необходимость учёта смягчающих обстоятельств и справедливости наказания.
5. Сферы применения по аналогии
Позиция суда о моменте окончания преступления финансирования может быть применена к другим преступлениям, характеризующимся предоставлением средств или имущества (финансирование экстремизма, финансирование иных преступлений). Подход к доказыванию умысла через косвенные доказательства применим к делам о финансировании любых запрещённых организаций и деятельности. Принцип оценки совокупности доказательств и недопустимости требования полного отражения показаний в приговоре применим ко всем уголовным делам.